105 согреться, прямо там жгли костёр, так что потолок почернел от копоти, да и мы были не белее того потолка. Зато на ледяные матрацы и под такие же одеяла ныряли, согрев но очереди животы и спины. А ещё помнится коллективный день рождения, устроенный разом для всех летних новорождённых (Тамара ошибается: это был день рождения только троих: Ксаны, Яши и Коли). Дикий ковыль, вековая непаханая твердь под ногами, степь до горизонта без единого деревца, жаркое небо над головой и вся наша весёлая ватага посреди этой благодати то ли с дешёвым портвейном, то ли вовсе без него, зато с хохотом и горластыми песнями. Там на целине мы узнали кроме всего прочего, как смеётся Толька Юнонин с нашего факультета - уникально и всегда не к месту. Теперь этот паршивец уже доктор наук, а в студенческие времена он своим смехом закладывал нас наилучшим образом. Стоило всей группе удрать с лекции в ближайший кинотеатр, как в самую напряжённую минуту демонстрации фильма раздавался бесподобный юнонинский смех, и тогда уже можно было не сомневаться, какая именно группа убежала с лекции. Казахстанская целина продолжилась для меня на целине омской. Когда после окончания ГГУ я приехала в Омск для работы в какой- нибудь из газет, то в обкоме партии меня подвели к карте области и предложили самой выбрать, в какую районную газету ехать. Я ткнула пальцем в название “Русская Поляна” на самой границе с Казахстаном. Название больно красивое и - целина! Она была поднята тоже в 1954-55-м году, гордилась единственной сосной за околицей Русской Поляны - до тех пор, пока мои комсомольцы (я три года была первым секретарём райкома комсомола) не засадили весь район соснами, клёнами и тополями. В 1972 году взялись, было, сватать меня в газету “Правда” собкором по Омской области, и я прилетела в ЦК КПСС на беседу. И с кем же там прежде всего довелось встретиться и беседовать? С Леонидом Кравченко, тогда инструктором отдела пропаганды ЦК, (сейчас он редактор “Парламентской газеты”), который одновременно с нами, как оказалось, был на целине в том самом Булаевском районе, только со студентами-москвичами. Естественно, получилась не столько беседа, сколько обмен воспоминаниями о том прекрасном времени. От “Правды”, к счастью, удалось отбояриться, а то бы выпала на долю одна журналистика и - никакой литературной работы: на неё просто не осталось бы ни времени, ни сил. В “Омской правде”, где я проработала 30 лет, удавалось совмещать и то, и другое. В результате
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4