не поднялся». Солженицыну, я думаю, он не пришелся но душе, несмотря на лестные характеристики Высокого Поля в «Матренином дворе». Александр Исаевич, на мой взгляд, просто-напросто забоялся, что вся эта суматоха, неустроенность то ли полугородского, то ли полусельского быта помешает его жизненным планам, не даст того душевного покоя и настроя, необходимого для творчества. К тому времени он уже мог себя считать литератором, ибо были уже написаны рассказы: «Стрелочник», «Заграничная», «Николаевские», «Лейтенант», «В городе М.», «Фруктовый сад», пьесы «Пир победителей», «Олень и шалашовка» и другие. На рукописи, посланные до войны и во время нее Борису Лавреневу, был получен от известного писателя доброжелательный отзыв: «Способности автора к литературному труду не вызывают у меня сомнения, и мне думается, что в спокойной обстановке после войны, отдавшись целиком делу, которое он, очевидно, любит, автор сможет достигнуть успехов». Ему хотелось «затесаться и затеряться в самой нутряной России... с лиственным рокотом леса». Солженицын вновь возвращается во Владимир, и его уже окончательно направляют в распоряжение Курловского районо. Здесь 4 августа издается приказ №32: «Назначить учителем математики в Мези13
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4