было сложным, хорошо, что не зацепил ни один осколок, а могло быть все гораздо опаснее. Но этот день не закончился обстрелом прямой наводкой, а поскольку шли, правда, разными направлениями, то весь 100-й корпус переходил в 22-ю армию. Мы знали, что враг за рекой, а впереди у нас части и подразделения 22-й армии. Но в действительности получилось так, мы прошли лес, перешли поле, а за полем был опять лес. В лесу шла стрельба. Строчили пулеметы и автоматы. Фашисты контратаковали какое-то подразделение из частей 22 армии, и они стали отходить. Небольшие группы бойцов выходили из леса. В окружении этой группы красноармейцев, сержантов оказался невысокого роста с пистолетом в руках генерал. Но что за генерал, я тогда не знал, да и узнать было некогда. Здесь же, на опушке леса, мы развернулись и с ходу вступили в бой. Нашему 59-му гвардейскому полку была поставлена задача: «атаковать врага, разгромить и очистить лес. А потом, продолжать наступление на Крустпилс». Лес превратился в место жестокой схватки гвардейцев с врагом. Пулеметные очереди, треск автоматов, разрыв гранат наполнили лес. Решительные и смелые действия подразделений полка остановили атаку врага. Гитлеровцы не ожидали нашего появления на этом направлении и были обращены в бегство. Фашисты бежали из леса, бросая раненых, снаряжение. Часть гитлеровцев была взята в плен. Мы очистили от врага лес. Вышли к местечку Пуфмалоросас и освободили его. Наша помощь была своевременной и необходимой. Весь день до конца меня мучил вопрос: «Как же оказался генерал в боевых порядках? И что за генерал? Я с первой минуты на войне, но генерала в боевых порядках встретил впервые. Долго мне эта мысль не давала покоя. Седьмого августа весь день шли бои. Сопротивление врага было сломлено, мы вплотную подошли в Крустпилсу. А 8 августа во второй половине дня город был освобожден. 176
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4