громко, а прием, я использовал и проверил в наступательном бою в районе станции Маево. Об этом тоже будет рассказано отдельно. А сейчас о поединке. Чем активнее действовали наши снайперы в ту весну и лето 1943 года, тем больше фашисты зарывались в землю и после каждой ночи в их расположении появлялись все новые и новые траншеи. Но разгадали и эту хитрость врага и подбирали также места для своей огневой позиции, откуда хоть небольшой участок траншеи просматривался, а следовательно, и простреливался. Так что гитлеровцы только ночью были свободны от прямого выстрела наших снайперов. Правда, мы часто шутили друг над другом, когда день пролежишь в засаде и ни одного выстрела, такие веши у нас назывались холостым ходом, а сам снайпера бездельником. Дивизия продолжала стоять в обороне в том же районе и на тех же позициях, на тех же рубежах. Мы хорошо знали, что у фашистов есть опытные снайперы, но вот как в болото провалились. Знали, что их снайперы вооружены винтовками с восьмикратной оптикой, а наши отечественные прицелы были только четырехкратные. Зная это, мы более серьезно подходили к оборудованию огневой позиции, к соблюдению всех правил маскировки. И такой маскировки, которая давала бы тебе спокойно сидеть и следить за противником и скрывала тебя от глаз врага. С плохой маскировкой снайпер - не снайпер, а мишень. Но, вот, наконец-то, появился у фашистов снайпер. Мы в этот день делали вылазку и засаду в секторе обороны 69-го стрелкового полка нашей дивизии. А когда вернулись в расположение своей роты, командир роты капитан Сурков пригласил нас на КП роты и поставил задачу: «Появился в обороне врага снайпер, стрелял один раз, пробил каску, хорошо, что каска лежала на бруствере траншеи и дыра появилась только в каске, а если бы она была на голове солдата, то наверняка, его не было бы в живых. Ваша задача обнаружить, уничтожить и доложить мне!» Мы понимали сложность боевой задачи и стали готовиться к поединку. 101
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4