всем другое. Ценность портрета в том, что народ помнил своего героя, старался воссоздать его образ. Удивительно и то, как он мог висеть на глазах суздальских уездных начальников. Здесь, видимо, сыграло роль качество портрета и почти незаметная подпись, — и конечно, сказалась сама жизнь суздальцев, тихая и сонная... Рассказывая о Варганове, хочется отметить еще одну деталь. Не всегда и не для всех он был доступным человеком. Имел Алексей Дмитриевич свои небольшие уловки. До приезда в Суздаль (в тридцатом году) Варганов после окончания института успел поработать на археологических раскопках Дагестана. Там он заболел малярией, которая дала осложнение на слух. Алексей Дмитриевич носил очки со слуховым аппаратом и, бывало, хитрил. На скучных совещаниях и семинарах снимал очки, ссылаясь на неисправность аппарата. — Извините, — говорил он в таких случаях, — беседы у нас не получится, плохо вас слышу... Больше всего на свете он любил Суздаль. Кажется, Варганов знал всех его жителей — и все знали его. Алексей Дмитриевич был популяризатором истории города, писал уникальнейшие очерки и статьи. Мне запомнилась одна из прижизненных его публикаций— открытое письмо на страницах областной комсомольской газеты, в котором он обратился к молодежи Суздаля: «Человек, которому безразлична история его родного города, подобен человеку, лишенному памяти. Прошлое всегда помогает людям представить будущее. Все вместе: традиции, нравы, знания и опыт— образуют прочный фундамент для каждого будущего дня, года, века. Ни один «камешек» в фундаменте не лишний. Изучайте же все, что можно еще изучить сегодня. Из знания своих мест родных рождается любовь к Родине, потребность заботиться о ней. «Я родом из Суздаля», — скажете вы где-то далеко от родного города. Скажете с гордостью: как же, Суздаль всемирно известен. Но чем, каким пусть самым малым вкладом заслужили вы право на эту гордость?» Это письмо, конечно, было завещанием молодежи продолжить начатое им дело. 79
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4