связанных не только с реставрацией. Нужно было и резко расширять объем реставрационных работ, и оперативно решать самые злободневные бытовые вопросы — обслуживание, питание, размещение в Суздале тысяч и тысяч приезжих. И владимирцы, как показало время, в той сложной ситуации выбрали единственно правильный путь. Они взялись за решение не свойственной им, как многим тогда казалось, задачи. В Суздале стали приспосабливать и использовать для обслуживания и приема гостей старую опорную застройку города. Так появились в здании бывшего полуразрушенного склада-подвала уютный и ныне очень популярный «Погребок», ресторан «Трапезная» в бывших Архиерейских палатах, магазины и ресторан в реконструированных Торговых рядах. Не все это правильно поняли и своевременно оценили. Не все поддержали начинание владимирских энтузиастов. Появились противники. В «Литературной газете» была даже опубликована злая несправедливая статья «Ресторация или реставрация?». Ее автор, не разобравшись как следует или не сумев этого сделать, поспешно обвинил на страницах популярной газеты владимирских реставраторов в посягательстве на памятники старины, в искажении облика древнего русского города. Но коллектив реставрационной мастерской не сдался, упорно стоял на своем и продолжал работы. Реставраторов поддержали местные власти, и Суздаль был спасен от всевозможных современных, из бетона и стекла, зданий, а также от гостиниц-небоскребов (были и такие проекты). И это не было случайностью в деятельности владимирских реставраторов. С самых первых шагов в коллективе мастерской принципиально считалось, что сохранения требует не только отдельно памятник, но и та среда, в которой он находился. Реставраторов всегда волновал вопрос дальнейшего использования памятника и окружающей его местности. Кто и как в дальнейшем будет следить за его состоянием? Приспособление старинных зданий под современные нужды— проблема серьезная, сложная, затрагивающая не только научно-технические, но и социальные вопросы. 31
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4