Опять передовая Немногим больше недели мы пробыли в сосновом бору у реки Сож в городе Гомеле. Опухоль на ноге спала, посинение еще долго держалось. Чувствовался и осколок в стопе, но об этом я никому не говорил, а ходил и прихрамывал, но хорошо понимал, что сейчас не до болезней. Мы постепенно приводили себя в порядок, оделись в новое обмундирование, получили новые винтовки, а старые передали старшине, выдали нам полный комплект патронов, мы запаслись гранатами. К вечеру выдали сухари, консервы, сахар, табак. Чувствовалась усиленная подготовка к выходу на передний край борьбы с фашизмом. Как только был сформирован и полностью укомплектован наш отряд, мы ночью отправились из Гомеля в северо-западном направлении. Шли ускоренным шагом. Никто из нас не знал, куда идем, в какую часть, многие называли номера своих дивизий, спрашивал и я о судьбе своей 6-й орловской, но ответ был один: «Идем на передовую, а там узнаете». Кроме меня, были и другие бойцы, которые уже не один раз побывали в переплетах, но среди нас было много товарищей, мобилизованных из резерва, и молодые, и уже в годах. Шли молча, молчал и я. Я думал о письме, которое написал матери перед уходом. И вот в уме прикидывал, получит ли мать мое письмо, а там были написаны такие строки: Когда победу завоюем В жестокой огненной борьбе, И я, участник этой битвы, Вернусь, родимая, к тебе. Позднее я узнал, что мать получила это письмо после долгих дней молчания, а когда она в 1942 году приехала ко мне в госпиталь в город Иваново, где я лежал после тяжелого ранения, она много рассказывала о своих радостях в связи с этой весточкой. Она показывала письмо соседям, односельчанам и с восторгом говорила, что ее сын жив и бьет врага. Я чувствовал, что мать сильно обрадовалась и еще гордилась тем письмом. Об этом я позднее написал: 57
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4