КОНОПЛЕВЫ ме того, что, обучаясь на вечернем отделении, я ходил на дневной, руководитель был сам у себя. Номинально руководителем значилась Зоя Лебедева. Просто так решили в лаборатории —пусть человек подзаработает, платили 100 рублей за руководство. Я не возражал. Ходил на дневные лекции к тем преподавателям, которые вели занятия по моей тематике. На занятия с работы меня отпускали. Вся профессура очень удивлялась (в то время это был нонсенс), как это вечерник, ходит еще факультативно и на дневные лекции. Это мне сильно потом помогло во всех вопросах. Защитил диплом с оценкой «отлично». Правда, на самой защите диплома я не сумел ответить на один «коварный» вопрос представителя партийной организации. Он спросил о контрольных цифрах пятилетнего плана. На что председатель комиссии Чернышев Иван Никифорович заметил: «Ну, что затрудняетесь ответить?» А защита была закрытая, серьезные вопросы, управление, алгоритмы, рассуждение, математику рассматривали, и вдруг этот «очень умный вопрос». «Еще вопросы по существу есть?» —спросил Иван Никифорович. Все сказали: —Нет... Потом вызвали нас всех, построили, объявили: «Коноплев —пять баллов...» Так началась его инженерная служба. У него были хорошие учителя. Первым наставником ведущего конструктора Коноплева был Марат Максимович Печерин. Несмотря на среднее техническое образование, он, по признанию Владислава Антоновича, обладал «потрясающим мышлением. Марат Максимович воспитал очень многих из нас». М. М. Печерин был начальником лаборатории. Потом на этой должности его сменил Коноплев. 77
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4