129 сосудов и нервов». Первая повязка на поле боя была названа в донесении «простой»; во время второй перевязки в полевых условиях (вскоре после ранения), хирург Яков Виллие, главный медицинский инспектор русских войск «... рану несколько расширил и вынул из оной малой отломок кости». Ранение на первый взгляд было незначительным и даже опытные врачи перелом кости обнаружили не сразу Мысль о полном переломе кости и повреждении важных сосудов и нервов левой голени не возникла и появилась значительно позднее: 31 августа в Москве хирург Гильдебрандт поставил вопрос о немедленном расширении раны и удалении инородных тел из нее. Решение было принято правильное, но оно было осуществлено лишь по прибытии П.И. Багратиона в с. Сима на 13 сутки после ранения. Почему? Протестом со стороны П.И. Багратиона против такой операции. «... На предложение медиков князю, чтобы он позволил себе, не отлагая времени, сделать большой разрез в ране для изъятия из оной черепка и др. может быть инородных тел, настоятельный ответ всегда состоял в прекословии оному и не соглашении на минутное терпение от операции, до приезда в с. Симы.» 8 сентября здесь была, наконец, операция: «... знатным разрезом мягких тканей около раны открыт в оной совершенный перелом и раздробление берцовой кости вместе с черепком ядра... Гнойной и вонючей материи вышло из раны чрезвычайное количество, и рана представилась на взгляд весьма глубокою с повреждением важных кровеносных сосудов и нервов». Произведенный широкий разрез не мог уже изменить течение болезни и на 15 сутки после ранения встал 9-490
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4