старались показать все: индейскую деревню, музеи, парки, бега, скачки, театры. Отсюда было рукой подать и до американского Сан-Франциско, куда Янковский вскоре и вылетел. Здесь его ожидали сестры Муза и Виктория. Виктория Янковская — поэтесса, жила в Форт-Росс на Русской речке, молилась в православном русском храме. Цикл ее стихов из сборника «По странам рассеяния» я предложил редакции журнала «Отчизна», где он был опубликован в августе 1989 года. Вот некоторые строки из ее стихотворения: «Сан-Франциско — кружевные берега... Эти волны к нам бегут издалека От любимой, от родной земли, Где сожгли когда-то наши корабли... Где погибло все. Сгорело без следа, Что любили мы, и чем была горда. Ну, а память? Память не сожжешь! Память горьким пеплом в сердце пронесешь...» «—В России я не печаталась с двадцатых годов» — признается потом мне Виктория Юрьевна при встрече во Владивостоке... Встречи с родственниками, воспоминания со слезами на глазах, впечатления и волнения от всего того, что ему старались щедро показать... Три недели пронеслись незаметно, как исполнение многих давних снов, в том числе и лагерных. До конца даже и не верилось, что такое с ним случилось... Впрочем, об этом читатель прочтет в его очерке «На берегах Великого и Тихого». Вернувшись во Владимир, под впечатлениями заокеанских встреч В.Янковский написал продолжение повести «Побег» и выпустил в 1991 году книгу «Долгое возвращение». В октябре того же года Янковские были приглашены общественностью Владивостока на открытие памятника на полуострове его основателю Михаилу Ивановичу Янковскому. Автор этих строк также, с общего согласия, решился на
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4