Николай ЛАЛАКИН задумчиво смотрел на нас. На одном из полотен, мне показалось, была изображена ты. А известные белорусские поэты Сергей Законников и Олесь Письменков, просто пришли от тебя в восторг. Они прозвали тебя Славянкой и наперебой читали стихи о любви на своем родном белорусском, но мы все хорошо понимали... И когда наступило последнее утро нашего пребывания в Минске, ты призналась мне, что не хочешь отсюда уезжать... Я был счастлив от этих слов... Неожиданно, перебивая мои воспоминания, фальшивым аккордом взвизгнули тормоза. Раздался пронзительный милицейский свисток. Музыка смолкла. Я перестал ее слышать, очнулся, плохо соображая, что происходит. Мой водитель, ругаясь, грозил кому-то кулаком. Вокруг нас сгрудились машины. Лавируя среди них, к нам приближалась с красным околышем (фуражка... Но, судя по всему, ничего страшного не произошло. Какой-то чудак на «Таврии» выехал на встречную полосу и чуть было не врезался в нас. Я же, расстроенный тем, что оборвались звуки музыки, не стал дожидаться конца этого дорожного «ЧП» и, бросив деньги на сиденье, выскользнул из такси. Пройдя с полкилометра, завернул в скверик с кустами сирени, подернутыми зеленоватым дымком. У памятника композитору Танееву ворковали голуби. Я присел на скамью и стал наблюдать за птицами, силился вспомнить свою мелодию, но тщетно. Музыка не возвращалась ко мне. Тогда я выскочил на дорожный асфальт, поймал такси, надеясь, что в прежней обстановке музыка снова 10
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4