Вот она, моя метаморфоза: Исходив неровности дорог, На столе очнулся от наркоза, И все понял —нету больше ног. У кого ж в груди оно не дрогнет, Сердце, этот жизни узелок? Ни вперед и ни назад дорог нет, Только стены, только потолок. Чем-то жгучим белый бинт намочен. Соль и горечь сохнут на губах. Жить бы и про синенький платочек Тихо петь. А вот горю в бинтах. Ни подняться мигом, ни обуться. Придавил к кровати груз беды. Как помогут встать и в жизнь вернуться Этих коек хмурые ряды? Пить бы воду кружками большими. Сестры не дают. Им не велят. На часок лекарство боли снимет. Раны двадцать три часа болят. И лежишь безмолвно дни и ночи. Злость истратив, знаешь наперед: Не на фронте! Тут поодиночке Тех, кто послабее, смерть берет. 42 * * *
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4