Ночь притаилась, словно враг. Одно движенье—и начнутся Десятки болевых атак, Немые стены покачнутся. И снова рухнет потолок, Придавит каменной громадой Ступни отсутствующих ног И грудь, обернутою ватой. Набросится поток вещей Во тьме на койку из железа, И светлая дверная щель Острее бритвы будет резать. И станет врач в лицо дышать Густым настоем медицины, Чтобы смогла когда-то мать Хотя б разок увидеть сына. Но сердце бьется тяжело В искромсанном бессильном теле, А жизнь... Ей обожгло крыло Ветрами огненной метели. 20
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4