Китель снят. Надета гимнастерка,— И курсантов не узнать ничуть. Вместо сапогов дала «каптерка» Бутсы и обмотки в дальний путь. Лишь шинели на плечах остались Памятью училища, Они И роднее, и теплее стали В эти неприветливые дни. Им, шинелям, стук вагона слушать, Бег колес, что ночью—веселей, В тряске нар и грохоте теплушек, Зябко ощущать сквозняк щелей. Согревать в мороз, а в ливень мокнуть, Всех ветров удары принимать И с тоской смотреть в чуши© окна, Вспоминая дом родной и мать II в бою, в сплошном стрельбы разгуле. Нет, не нас, а это их вперед, Ошалев, пронзит, проколет пуля, Иль осколок черный разорвет. II
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4