114 На ковровской сцене артист (поскольку — впервые) открыто сказал, что работает в жанре русской песни (это может быть и рок, и романс, и блатная и т. п.), а не како- го-то «русского шансона» (исключено, как «японская го- рилка»). Наверное, за 23 года концертов Александра Яковлевича «достало», когда его называют бардом или шансонье. Он — Артист. Убеждаться в этом уже не нуж- но: трехчасовая программа, два десятка песен (причем — довольно длинные), профессиональный конферанс пре- вратили концерт в импровизированный музыкальный моноспектакль Александра Розенбаума. А по поводу «звездности» он, кстати, выразился точно: «Звезд» до хрена, артистов нет». Первые грампластинки Розенбаума — «Эпитафия», «Нарисуйте мне дом», «Мои дворы» (1987 г.) комменти- ровали Юлиан Семенов, Леонид Филатов и Михаил Жванецкий (имена говорят сами за себя), и уже тогда Ю. Семенов сказал: «Думаю, Розенбаум не подвержен „звездной“ болезни. За это говорит то, как трепетно он относится в своих песнях к священной памяти о великом подвиге советского народа, спасшего мир от коричневой чумы, как нежно и красиво он ощущает свой город, как весело смеется над тем, что действительно смешно, и как достойно возвращает нам „вальс-бостон“, забытый в век стремительного и порою чересчур громкого рока». Тематика творчества А. Розенбаума бесконечно раз- нообразна: «дворовые», блатные, фольклорные, военно- патриотические, философские, лирические и даже «ре- прессионные» песни (последние в Коврове он не испол- нял). Песни его стали поистине бессмертными: «Утиная охота», «Глухари», «Налетела грусть», «Черный тюльпан», «Вальс-Бостон»… «Утиную охоту» и «Гоп-стоп» (для братвы) чуть ли не хором пел весь зал, но уже во втором отделении, когда «Старая армия» и ее «генерал» вышли на сцену «без гал-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4