почти не нужны. Карпы еще маленькие. Корм будет лежать. Совхоз просит в долг, мы и даем. Взаимовыручка. Им-то зачем рыбий корм? — Это же комбикорм! Питательный продукт. Свиньям, уткам, куда угодно. Ну, а вот завтра вы поедете... Они вам отдадут те же комбикорма? Где им взять? Дадут обыкновенной пшеницы. •— Пшеницу и будете кидать в пруд? — Бесполезно. Целое сухое зерно карп, конечно, проглотит с голодухи, но, извините за выражение, оно так непереваренным из него и выскочит с другого конца. — Как же быть? — Сначала пшеницу размочим. У карпа в глотке есть такой пресс, вроде жернова. Прежде чем зерно проглотить, он его этим прессом раздавливает. Ну, а раздавленное — оно уже переварится. — Сухое ему не раздавить? —*Сухое не раздавить. О боги, боги! У вас там, оказывается, свои дела; свои отношения с совхозом, свои расчеты, а мы из-за этого должны глотать вместо нежных и питательных гранулированных кормов плохо и наспех размоченные пшеничные зерна, — могли бы сказать, наверно, карпы. — Ну да ладно, — продолжили бы они, — нечего бога гневить — все-таки корм. Тарахтит катер кормача, сыплется с лотка струя пшеницы. Вдоль всего пруда в привычном месте ложится на дно полоса зерна. Как- нибудь разжуем, раздавим, с голоду не умрем. Только на два дня и случился перебой. А сегодня опять с утра затарахтел мотор. Скорее туда со всех сторон, изо всех углов. Братцы, пшеничные зерна дают! Кипит вода позади катера, выныривают сразу десятки рыб и опять шлепаются в воду, теснятся, отталкивают друг друга, суетятся, хватают и насыщаются. Ладно. Жить можно. Бог дал день — бог дал и пищу. Информация к размышлению. План по тресту: 1966 год — 67 558 центнеров живой рыбы. 1970 год — 69 750 центнеров живой рыбы. 1973 год-- 120 000 центнеров живой рыбы. 448
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4