И действительно, как-то все сразу, дружно поднялись, начали собираться. — Проводим их, — шепнула Алексею хозяйка, которая словно еще расцвела за этот вечер и стала необыкновенно хороша. «Господи, —думал он, — неужели все так и будет? И очень скоро...» Шумной ватагой они прошли по пустынным улицам, по Охтинскому мосту через Неву, ибо на том берегу удобнее было сесть в троллейбус. О такси в такую ночь, нельзя было и помышлять. С Алексеем никто даже и не прощался, думали, наверно, что и он сядет в троллейбус. А когда дверцы закрылись и троллейбус пошел, поздно уж было им сооб* ражать: как же это так вышло* что он остался один с хозяйкой? Но, в конце концов, надо же было кому-нибудь и проводить ее обратно домой, не в одиночестве же идти ей в первом часу через широченную, продуваемую во всех направлениях Неву? Она взяла Алексея под левую руку, а правой он играл своей старинной, своей антикварной тростью с резным костяным набалдашником в виде орлиной лапы, сжимающей в когтях костяной шар. Он играл тростью теми классическими щеголеватыми движениями, какими играли тростью миллионы мужчин на протяжении веков: вскинуть ее вверх острым концом, опустить на землю, а когда она отстанет на один шаг, опять вскинуть вверх. Так, наверно, они и дошли бы до тепла, если бы не этот проклятый ветер. Женщина решила взять спутника под руку с другой стороны, чтобы немного загородиться им от ветра, и, значит, трость ему пришлось перехватить в левую руку. Он так и сделал, и теперь только Любовь Владимировна заметила его трость. — Что это у тебя? Ты что, хромаешь? —Да нет. Просто трость. — Пижонство? — Красивый мужской предмет. Носили же на протяжении веков... — Наверно, и дорогая? — Не то чтобы.... Но конечно. Черное дерево, слоновая кость, работа..т — Выбрось ее в Неву. Через два шага женщина остановилась, видя, что 13* 387
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4