Дмитриевич, завещая насчет поминок: пора было всех нас разводить под руки по домам. Александр Иванович (человек слишком сложный, чтобы о нем можно было сказать в двух словах) встал и сумел создать полную тишину. — Товарищи, — сказал он, заметно покачиваясь,— что мы делаем? Шумим, смеемся, можно сказать, зубоскалим. А зачем мы пришли? Я предлагаю... Бабы, и вас касается...' Я предлагаю вам встать и почтить молчанием. Деревенские люди не приучены к торжественно- ■сти. Почти у всех заблестели слезы. — Так, почтили. А теперь я предлагаю... Здесь председатель колхоза, здесь заместитель, здесь бригадир. Я предлагаю, не сходя с места, постановить: устроить на могиле Ивана Митрича оградку и провести тете Агаше свет. _ • — Оградку, когда растает и обсохнет, почему же не сделать. — Как, мужики, со светом? Поручим Сергею Торе- еву, чтобы взял в свои руки, договорился с монтером и чтобы в двухдневный срок... Правдоискатель, которому давеча не дали говорить, тотчас оказался в оппозиции. —А! Когда умер — свет, а почему же раньше, при жизни? —Да сиди ты, Иван Митрич сам не хотел электрического света. — Значит, постановили. В двухдневный срок.., Бригадир поднял руку: — Я вот еще что предлагаю. Поскольку тут с нами, так сказать..., по телевизору и все такое..; Пусть он опишет. Немного. Заметочку. Все, как у нас было... И все хорошо..; Помянули... И все в порядке.., И отнесет в журнал или газету —Два дня ему мало. Завтрашний день на опохмелку. — Пущай хоть неделю. — Ладно. Запомним. Если свет проведете, то и я напишу. Оказалось, что свет тете Агаше провели именно в двухдневный срок. Мне ничего не оставалось делать, кроме как сесть за стол и открыть чернильницу. Хо165
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4