Все больше и больше нравился нам тихий, весь в зелени городок, окруженный всеми этими ромашками, короставниками, гвоздичками, колокольчиками, васильками, подорожниками, тысячелистниками, хвощами, полынью... А то еще посмотришь вдоль улицы и увидишь в конце ее колосящееся ржаное поле. Ветерки, пахнущие полевыми травами, продувают городок насквозь, и кажется, что сами деревянные дома насквозь пропитаны этими запахами. Вместе с рекой, прорезая Юрьев через самый центр, входит в быт юрьевчан кувшинки, стрекозы, обильные росы по вечерам, речной туманец в летние ночи. Может быть, вы не забыли, как описывал мой приятель этот городок. Его описание я приводил в начале книги. Он даже сравнил Юрьев с Фландрией, так понравились ему и тесовые мостки, и бабы, колотящие белье вальками, и орущие на рассвете петухи. Мальчишки, да и не только мальчишки, пристроились с удочками под тенью развесистых ветел. Между домами и рекой растет чистая травка, как в деревне. По траве вьются сиреневатые тропинки. В центре сохранились старинные торговые ряды: огромное приземистое здание из побеленного кирпича. Широкие окна, так сказать магазинные витрины, вплотную примыкают друг к другу и тянутся цепочкой. Они закрыты деревянными коричневыми ставнями с тяжелыми коваными петлями поперек. Перед рядами на стояках лежит бревно, к нему привязывают лошадей. Это был город овса и кожи, сена и колесной мази, мучных лабазов и рогожных кулей. Гроза, что так уверенно находила вечером, не дошла до Юрьева. Однако утром прыснула на перегретый город редкими светлыми каплями и не сильно, но устойчиво по всему Юрьеву запахло лошадьми — тонкой смесью запахов сена, дегтя, хомутов и лошадиного навоза. В середине дня мы пришли в музей. Он помещается в монастыре, и нам пришлось пересечь внутренний двор монастыря, заросший травой. Трава теперь была большей частью скошена и лежала в валках. В дальнем углу монастырского двора девушка в легком открытом платьице и широкополой панаме разбивала, ворошила эти валки деревянными двоешками. Она подошла к нам. Ее круглое лицо загорело, несмотря на широкие поля панамы. В глазах девушки стояла полдневная, ленивая, разморенная синева. От нее пахло молодым сеном. Она оказалась сотрудницей 104
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4