внешнем мире не выходят за пределы длины, ширины, высоты? Не соглашайся и протестуй, душа! Дом был двухэтажным. У дома был верх и низ. Так это и называлось — не второй этаж, не нижний и не первый этаж, но — верх и низ... «Сходи наверх, — могла сказать Степанида Ивановна кому-нибудь из своих дочерей, — полей цветы». «Куда-то ножницы запропастились?» — «Они внизу, на окне». Между низом и верхом — узкая лестницах одним поворотом, а всего четырнадцать ступенек. Внизу она начиналась узкой и тонкой дверью с вертушкой (чтобы не открывалась сама), а вверху... вверху ничем она не кончалась, просто с верхней ступеньки переступаешь на пол, и это уже — верх. Низ — продолжение двора, сеней (а за двором сад- огород, а за садом-огородом поля, земля), верх же — начало чего-то иного, совсем иного, не земляного и огородного мира: там красивый посудный шкаф, вернее сказать, буфет, диван, просторный стол, вышитый красными бабочками накомодник, вышитые скатерти (по праздникам), тридцатилинейные лампы-молнии, зеркало с подзеркальником и красивые вещички на нем, специальная ступенчатая подставка с комнатными цветами, книги Пушкина и Лермонтова, Библия, которую постоянно через большую лупу на ручке читает дед в своей комнате, ореховый гардероб и ореховая кровать в так называемой «середней» (кстати сказать, где я и родился в Духов день), книжные полки в девичьей «задней» комнате. Набросаем такую схему. Земля есть земля. Поля, сад, огород. Из земли произрастает дерево дома, дерево семьи, дерево рода. Оно пустило в землю корни двора с избушками для коровы и лошади, для овец, с телегами 281
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4