Мой тяжелый молот — слышишь? Бьет! Он и гром и молнию кует. Если ж петь возжажду на ветру, Заглушая грохоты,—ору. Стих творю, как в рельсу бью, звеня, Чтоб сквозь шум услышали меня. Но, должно быть, все-таки устал, Хриповатым вроде бы я стал. Ты, моя единственная, ты хоть, Обретая вечером права, Мне дари негромкие слова, Говори мне ласково и тихо.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4