Но в ней перемешаны тысячелетья С пластами истлевших аварских костей. Дождями промыло, ветрами продуло, Огнем прокалило в июльских лучах... Теперь расскажу о соседях аулах, Двух каменных гнездах на голых камнях. Два склона холма. По аулу на каждом. Их холм разделяет вершиной своей. И вот искушенье возникло однажды: Тот холм разделяющий все-таки чей? Не больше, чем нос у хорошего горца, И холм-то меж ними. Но спор,, как обвал — Гремит, нарастая, уж если сорвется... Сперва перебранка, а завтра — кинжал. Вражда безобразна, слепа и горласта, Вот-вот перервется последняя нить. Но старшие все же опомнились: «Баста, Решим полюбовно, а крови не лить! И так она льется у нас непрестанно. Решим полюбовно. Мы в здравом уме». Посредники с разных концов Дагестана Уже собрались на злосчастном холме. Позвали мудрейших, повсюду известных, Чтоб те рассудили и дали совет. Судили, рядили, а дело ни с места, Умно говорили, да толку-то нет. Шумели аульцы, наслушавшись старших, Друг друга речами бранливыми зля. 10
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4