В лампадах мерцал и проник в алтари, Куриться в кадильницах начал, Костром на охоте горел до зари И руки лизал по-собачьи. Слуга и работник — везде успевал, А помощь — к доверию средство. Над гробом хозяев свечой оплывал И детям служил по наследству. И люди, веками соседствуя с ним, Сдружиться, конечно, успели. Он лишь притворялся сначала ручным, Ан, глядь, приручился на деле. Забыл он о первых задачах своих, Уделом — домашняя пища. И светится в окнах — в глазах голубых Душа очага и жилища.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4