какие словари и редакторы не запретят мне, конечно, употреблять эти слова. Но ведь хорошо употребить слово (любое), зная, что оно будет понято, найдет отклик в душе собеседника (читателя) и принесет ему радость. Да, я скажу «голик» или «целик», но все равно эти слова окажутся пустым звуком для воспринимателя, если он их слышит впервые. Он даже найдет их в словаре и узнает, что они значат, но радости от этого все равно не получит. * Перед Львом Дмитриевичем Любимовым, писателем, возвратившимся из эмиграции, я однажды похвастался, что был в Париже три раза по двадцать дней, Лев Дмитриевич скромно ответил: — Ну... Я был там один лишь раз. Правда, двадцать четыре года... * Полистайте стихи прошлого века. Где я страдал, где я любил, Где сердце я похоронил. Что без страданий жизнь поэта, И что без бури океан? Ты отстрадала, я еще страдаю. Меня могила не страшит, Там, говорят, страданье спит. Целая книга, наконец, «Страдания молодого Вер- тера». Страдание было не просто модным словечком в стихах, но как бы одним из главных «двигателей» поэзии. 264
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4