Уходящий вверх обвязывается концом веревки. Внизу ее будут крепко держать. Он прошел несколько метров — и тотчас должен найти каменный зубец, за который можно перекинуть веревку. Перекинув, сдвинулся влево и снова пошел вверх. Теперь если он сорвется, то повиснет на этом зубце (внизу веревку крепко держат), но он не должен уходить от зубца выше чем на три метра. В случае срыва ему придется пролететь три метра до зубца и три метра после зубца, то есть всего шесть метров. Это еще не опасно. При десяти метрах полета обвязывающая веревка в момент повисания ломает ребра. Так от зубца до зубца альпинист уходит вверх, пока не выберет удобной площадки, стоя на которой он мог бы страховать всю остальную группу уже верхней, более надежной страховкой. А потом все повторится сначала. Но только на новой над уровнем моря и на новой относительной — над ущельем, над долиной, над подножием горы — высоте. Первая смена страхующих ушла вверх и сбросила нам концы веревок. Всего было восемь маршрутов, возрастающих по сложности от первого до восьмого. Александр Александрович подошел к стене, показавшейся мне совершенно гладкой, и привязался к веревке. — Страховка готова? — крикнул он наверх. — Готова. — Пошел! Это уж про свои действия полагается крикнуть, что «пошел». А крикнув, надо идти. Согласитесь, что, крикнув «пошел», ничего больше нельзя делать, как идти. Не будешь, крикнув «пошел», стоять на месте и топтаться в нерешительности. Пошел так пошел. Александр Александрович поднял руки, пошарил ими по поверхности скалы, поскреб железной подошвой о каменную плоскость и вдруг поднялся на полметра. Уперся в несуществующую шероховатость другой ногой, поднялся еще, перехватил руками, и не успели мы вглядеться как следует в его действия, как он уже стоял около страхующего и отвязывался от веревки, за какие- нибудь две минуты пройдя тот десяток метров, который определялся третьим маршрутом. Один за другим стали раздаваться возгласы: — Страховка готова? — Готова. — Пошел! 75
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4