219 встречаться и дружить и с украинцами, и с казахами, и с армянами... В той мере, в какой это соответствует жизни, дружба наша сама займет место на страницах книг. В одной небольшой повести мне пришлось подробно описать моего грузинского друга Отара -Челидзе, наше путешествие с ним в сказочную Алазанскую долину по Кахетии. Я сделал это с огромным удовольствием и радостью, потому что люблю и грузинскую землю и грузинский парод. Но зато, когда я писал книгу о своем родном селе, мне не понадобилось никого, кроме односельчан. Неужели я, вопреки замыслу, должен был бы все-таки кого-то еще вплести в ткань повествования? Что касается перемены своего родного языка, то здесь тем более вряд ли нужна категоричность. Правда, что украинец Гоголь писал по-русски и стал, таким образом, великим русским писателем. Но русским, и это неизбежно как закон. Не может быть русской литературы на французском языке, узбекской литературы на литовском, равно как и дагестанской на русском. Не знаю, какая польза была бы нам всем, если бы вдруг Олесь Гончар начал писать по-польски, Петрусь Глебка — по-эстонски, Иосиф Нонеш- вили — по-таджикски, Мирзо Турсун-заде — по-аварски, а Расул Гамзатов попробовал бы себя в бурят-монгольском. Или если бы все они стали писать по-русски. Если же Агаев выступает за постепенное отмирание национальных литератур (а литература может отмереть только вместе с глубочайшими культурными традициями вообще), то как же это увязать с его же собственными словами: «К единой культуре коммунистического общества каждый народ придет через расцвет своей национальной культуры»? Основной тезис Агаева, что пора, мол, перестать творить только во имя своего парода, а нужно творить интернационально и для всех других народов, запутал меня более всего. Я-то полагал в душевной простоте, что каждый художник, опираясь на глубочайшие национальные традиции, накопленные веками, и обладая передовой идеологией, должен стремиться выразить душу, характер именно своего народа и для того, между прочим, чтобы рассказать о нем, привлечь к нему симпатии других людей. Рассказывать о своем народе — это и называлось бы, на мой взгляд, творить для всех других народов. Представим
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4