130 Ложь. Клевета. Они не бесформенны! Песок под солнцем то бел, то ал. По капле вспоены, пустыней вскормлены, Художник-шизик их рисовал. Конструктор-гений чертил проекты В ночной кофейно-табачный час, Чтоб некто Пульман, Максимов некто Потом выращивал их для нас. Табак и кофе. Да, да, конечно. Но согласитесь, тверда рука. И каждая линия безупречна И, я бы даже сказал,— строга. Была фантазия неистощима, Быть может, было и озорство, Но в каждой черточке ощутимо Живут законченность, мастерство. И я, Посетив коллекционера, Четыре часа подряд разглядывал Триста восемьдесят Маленьких, четких кактусов. Неожиданных, Нелепых, Асимметричных, Бросающих вызов здравому смыслу, Нарушающих традиции л каноны (С точки зренья ромашки, С точки зренья березового листа), Но были конструкции полны изящества, Но художник-скульптор не дал промашки, И нам открылась их красота. Разглядывать каждого, а не поле, Выращивать каждого, а не луг, И, хотя нас этому не учили в школе, Вы душу каждого поймете вдруг. Они естественны, Как раковины, кораллы, морские рыбы, Они разнообразны, Как плывущие летние облака, После крепких и пряных напитков Вы едва ли смогли бы Довольствоваться вкусом теплого молока.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4