Вот странно, казалось бы, все уже кончено, самка давно вывела, детеныши выросли и улетели... для чего же старый скворец прилетает каждое утро на яблоню, где прошла его весна, и поет?.. ^ Ф ^ Птичик, самый малый, сел на вершинный палец самой высокой ели, и, видно, он там недаром сел, тоже славил зарю; клюв его маленький раскрывался, но песня не достигала земли, и по всему виду птички можно было понять: дело ее — славить, а не в том, чтобы песня достигала земли и славила птичку. * * * Там, где тогда мчались весенние потоки, теперь везде потоки цветов. И мне так хорошо было пройтись по этому лугу, я думал: «Значит, недаром неслись весной мутные потоки». В литературоведении не раз говорилось, что язык Пришвина чист, народен, прост, между тем читать Пришвина не такое простое дело. Одни его читают охотно и с наслаждением, а другие не могут читать, откладывают в сторону и говорят, в лучшем случае, что это непонятно, а в худшем, что это скучно. Пришвин и сам знал об этом, и у него есть даже запись: «Бывает, прочитаешь кому-нибудь написанное, и он спросит: — Это на какого читателя написано? — На своего,— отвечаю. — Понимаю,— говорит он,— а всем это непонятно. — Сначала,— говорю,— свой поймет, а он уж потом всем скажет. Мне бы только свой друг понял, свой читатель, как волшебная призма всего мира. Он существует, и я пишу». В чем же тут дело, почему же написанное языком простым, народным и чистым воспринимается не всеми одинаково, а некоторыми не воспринимается совсем? Попробуем разобраться в этом, и для начала я вспоминаю один эпизод, свидетелем которого пришлось быть. В доме отдыха (дело было зимой) несколько отдыхающих мужчин стояли на парковой дорожке и сговаривались идти играть в домино. Мимо проходила врач Александра Михайловна, семидесятилетняя любительница природы и всяческий ее про171
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4