Любовь Александровна Дельмас, встречавшаяся с Блоком, многие другие. Не поумирали же они с голоду. Да что посторонние люди? Любовь Дмитриевна, жена... Жили вместе, пили-ели что Бог даст, но — вместе. Не объедала же она своего мужа, однако и с голоду не умерла. Кроме того, в описаниях очевидцев, видевших больного Блока, все время речь идет о болях, сопровождающих болезнь, о задыханиях, о нервозном состоянии. «Страдания его так ужасны, что стоны и вскрики слышны на улице». Нет, с голоду так не умирают. Вернее, с голоду умирают не так. Вон, в 1933 году, во время голода в Поволжье, дедушка Михаила Николаевича Алексеева, чтобы не быть лишним ртом среди детей и внуков и не объедать их, лег на печке и перестал есть. И постепенно тихо угас, без мучений, по крайней мере физических. Свидетельство, как говорится, из первых рук. Однажды, еще в семидесятые годы, я написал стихотворение «Три поэта». Там были такие слова: Их было трое. В круге этом узком Звучал недолго благовестный стих. Блок умер первым, ибо самым русским И самым честным был он из троих. Он умер не от тифа, не от раны (Небрит, прозрачен, впалые виски), Но потому что понял слишком рано... Сказать точнее — просто от тоски. Это, конечно, не более чем поэтическая версия. Ее в Медицинское заключение о смерти не запишешь. Более того, когда я разговаривал об этом с блоковедами (со Ст. Лесневским в частности), то Станислав категорически утверждал, что Блок в свое последнее полугодие с огромным упорством боролся за жизнь, пытался «вырваться из бездны». Он работает над речью о Пушкине, возвращается к поэме «Возмездие» и продолжает ее, а вовсе не лежит в тоске в ожидании смерти. Не он искал смерти, а смерть нашла его. Правда, из воспоминаний современников явствует, что Блок иногда выска43
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4