товаров и их распределение по своему усмотрению. И это было бы полбеды. Но из углубленного прочтения Ленина узнаем, что эти учет и распределение, в свою очередь, являются средством, а не целью. Средством к тому, чтобы осуществить всеобщую трудовую повинность в стране, то есть заставить людей принудительно трудиться, заставить их подчиняться воле одного человека— руководителя, диктатора, то есть средством к тому, чтобы все население страны превратить в единый послушный механизм. «Организация учета, превращение всего государственного экономического механизма в единую крупную машину, в хозяйственный организм, работающий так, чтобы сотни миллионов людей руководились одним планом,— вот та гигантская организационная задача, которая легла на наши плечи». Но тогда возникает вопрос: зачем? Хорошо, допустим, что у Ленина это объяснено. «Если мы взяли все дело в руки одной большевистской партии, то мы брали его на себя, будучи убеждены, что революция зреет во всех странах, и, в конце концов... какие бы трудности мы ни переживали, какие бы поражения нам ни были суждены, международная социалистическая революция придет...» «Наша отсталость двинула нас вперед, и мы погибнем, если не сумеем удержаться до тех пор, пока мы не встретим мощную поддержку со стороны восставших рабочих других стран». «А пока там, на Западе, революция зреет, хотя она зреет теперь быстрее, чем вчера, наша задача только такая: мы, являющиеся отрядом, оказавшимся впереди, вопреки нашей слабости должны все делать, всякий шанс использовать, чтобы удержаться на завоеванных позициях... остаться на своем посту, как социалистическому отряду, отколовшемуся в силу событий от рядов социалистической армии и вынужденному переждать, пока социалистическая революция в других странах подойдет на помощь». «Мы не знаем, никто не знает, может быть,— это вполне возможно,— она победит через несколько недель, даже через несколько дней... и когда она начнется, 142
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4