—- Але! Але! Скорая помощь... областная библиотека... Наверное, сердечный приступ... Лежит на полу! Выздоравливал Семен медленно и долго. Ему запрещали шевелиться, запрещали читать, запрещали разговаривать. По правде сказать, ему и не хотелось делать ни то, ни другое, ни третье. Только потом уже, на втором месяце болезни, вернее сказать, выздоровления, где-то в душе, внутри противной, серой, холодной пустоты начала шевелиться тепленькая светленькая живинка. «Если встану,— смутно думал Семен,— эту энциклопедию начну читать с первого тома. И чтобы все восемьдесят четыре». О прошлом он не жалел. Может быть, подсознательно понимал, что за то счастье, которым он был счастлив целых пять лет и которое дается человеку только изредка, одному из многих и многих тысяч, надо же было чем- нибудь заплатить.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4