В основе каждой гармонии лежит алгебра, но разве любуясь прекрасной женщиной, мы вспоминаем об анато' мни и стремимся увидеть за ее чертами и линиями чертеж- но-конструкторскую графику скелета, а за синим туманом взгляда черное зияние пустых костяных глазниц? В цветке, как ни в каком другом произведении природы, сосредоточен колоссальный обобщающий момент, поэтому он воздействует на нас непосредственно, прямо, минуя анализирующую инстанцию и обращаясь к тому самому, что является нашей подлинной сутью. Цветок воспринимается нами, как и прекрасное стихотворение, когда мы постигаем одновременно и смысл и музыку и второй смысл и поэтический заряд и не считаем про себя чередование ударных и безударных слогов. Археолог Картер даже не назвал нам, что за цветы были в гробнице Тутанхамона, тем более он не считал на них лепестки. Они пронзили его сразу наповал, для того чтобы затмить блеск и силу золота, притом не в слитках, а в древнеегипетских изделиях, отличающихся, как известно, изяществом и высокой художественностью, для этого нужно обладать — согласитесь — огромной силой воздействия на нашу психику, на нашу душу. Цветок засохший, безуханный, Забытый в книге вижу я, И вот уже мечтою странной Душа наполнилась моя: Где цвел? Когда? Какой весной? И долго ль цвел? И сорван кем, Чужой, знакомой ли рукою? И положен сюда зачем? На память нежного ль свиданья, Или разлуки роковой, Иль одинокого гулянья В тиши полей, в тени лесной? И жив ли тот, и та жива ли? И ныне где их уголок? Или уже они увяли, Как сей неведомый цветок? Зададимся вопросом: какой еще предмет можно было бы положить в книгу на память нежного свидания или разлуки роковой? И какой предмет, найденный поэтом в книге, мог так же вдохновить и подвигнуть его на написание стихотворения, украшающего теперь нашу отечественную лирику? Красивая ленточка? Сторублевая бумажка? Прядь волос, наконец? Дешево, смешно или пошло. 211
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4