Сталинградом-Волгоградом. Получив высшее образование, я решил узнать, как интеллигенция называет травы, которые я видел и которые щипала моя скотина. Еще немного античности. Спорить давай, кто скорей: сорняки из души я исторгну, Иль же ты — из полей, и кто чище: Гораций иль поле? (Квинт Гораций Флакк. Полное собрание сочинений, Изд-во «Академия», 1936, стр. 307). Вот пасут пастухи жирных овец стада, Лежа в мягкой траве, тешат свирелью слух (Там же, стр. 163). Вот в чем желания были мои, необширное поле, Садик, от дома вблизи непрерывно текущий источник. . К этому — лес небольшой (Он же, Сотулы, 1958, стр. 167). ...Сивилла сказала, что может Пеньем и травами мне горечь любви облегчить. (Авл. Левий Тибу л, Любовные элегии, 1961). Идет молва, что она (Венера.— В. Б.) одна обладает зловредными травами... Она сказала мне, что ее чары и травы властны потушить огонь моей любви (Тибу л, Элегии, 1912, стр. 5 и 6. Переведено прозой)». * * * У растения во время любви поднимается температура. В особенности это происходит у тех растений, которые цветут пышными крупными цветами. У Виктории-регии, у магнолии, например. В белых, бело-розовых брачных одеждах, величественные, роскошно раскрывшиеся навстречу неизбежному и самому главному, одурманивающие воздух вокруг себя крепкими ароматами, эти царицы, эти Клеопатры, эти жрицы любви распаляются настолько, что температура внутри цветка получается на целых девять градусов выше температуры окружающего воздуха, или температуры того же цветка, но только в спокойном состоянии. 194
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4