«И как трава сия будет сохнуть во веки веков, так, чтоб и он, раб божий (имя рек), по мне, рабе божьей (имя рек), сохнул душой и телом и тридесятъю суставами. Чтобы мне, красной девице, быть для него милее светлого месяца, красного солнышка, роднее отца-матери, дороже живота (жизни). Спать бы ему не заспать, есть ему не заесть, пить бы ему не запить, гулять бы не загулять без меня, красной девицы. И как рыба-белуга без воды бъется- мечется, так чтобы и он, раб божий (имя рек), без меня бился-метался». Примечание: Говорят, что действовало. Не знаю. Я не пробовал. Но меня присушивали. Так я полагал, когда был волжским грузчиком, ибо деваха та была неказиста. Но потом, с годами, я понял в чем дело. Это тоже о траве... Царское правительство ежегодно весной, когда особенно часто умирали чахоточные, устраивало «День белого цветка» (ромашки). По улицам ходили парочки — гимназисты и гимназистки, студенты и студентки — с жестяными кружками, отпечатанными сургучными печатями и побирались в пользу больных туберкулезом... ...О значении цветов. Желтые — разлука и измена, красные — любовь, белые — уважение, невинность. А у древних греков роза служила символом тайны. Если над столом висела роза? следовательно, все, что будет здесь говориться, должно остаться в тайне. ...Еще нашел в записных книжках, что существует книга Скалъера Метьюза «Полевые и лесные цветы». Привет!» * * * ...Итак — лежать на траве. Но почему именно на траве? Что же, если не нравится, ложитесь на пыльную дорогу, на кирпичи, на обрезки железа, на кучу минерального удобрения, на сучковые доски. Можно, конечно, расстелить на земле плащ. Но я бы советовал — на траве. Эти минуты сделаются, может быть, лучшими, памятными минутами вашей жизни. Недавно я ездил в Белоруссию. Янка Брыль и Пимен Панченко приветили меня в Минске и решили показать 189
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4