46 В. А. Солоухин ханского войска (а тут и берег, сначала пологий, а затем стена обрыва, как помним, 33 фута вышиной. Впрочем, у Сурикова обрыв значительно выше). И вот клин из лодок раздавил, смял самый передний край и, естественно, остановился. Но в том-то и дело, что еще не остановился, но останавливается, остановится через несколько секунд. Впрочем, это уж чисто живописные тонкости. Меня же всегда впечатляло это противостояние: растерянные, испуганные, решительные, отчаянные лица кучумовских воинов, вооруженных исключительно луками и стрелами (ну да, может, еще и самодельными копьями), и пушки, бьющие с лодок картечью в самую гущу этого сборного войска. Где же тут устоять? По выражению нашего историка Соловьева «ружье победило лук». Был большой соблазн в рассуждение нашей хакасской темы провозгласить Кучума хакасом, тем более, что ни в каких источниках не упоминается о его национальности. Бывший абаканец, а ныне москвич Миша Хроленко прямо мне говорил: «Напиши, что Кучум был хакасом, а кто не поверит, пусть ищут опровержений». Но все же, едва ли это так и в первую очередь потому, что и сам Кучум, и его имя Шейба- нид, и имя его отца Муртаз, и имя его деда Едигир — это мусульманские имена (правда, с киргизским оттенком), а хакасы из своего шаманского язычества и культа предков прямо перешли к христианству и христианским именам. Мой друг, например, Кильчичаков (севели, севели!) был Михаилом Еремеевичем. Поддержка же нашей версии о хакасском происхождении Кучума пришла неожиданно. При чтении романа Анатолия Чмыхало о Хакасии, я напал на нужные строки. Пишет автор романа о некоем Георгии Итыгине и вдруг говорит: «Пусть мать у него русская, но отец-то чистокровный хакас из славного племени Кызылов, чьи предки когда-то пришли на Июсы с великим ханом Сибири Кучумом». Уж, наверное, автор романа, прежде чем написать такое, удостоверился по каким-нибудь историческим источникам в правоте своей версии.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4