26 В. А. Солоухин шевного здоровья и равновесия смотреть на три вещи: на текучую воду, на зеленое убранство земли и на огонь. Енисей, там где в него впадает Абакан, конечно, не Ангара, но и здесь широкий, стремительный поток воды зачаровывает и просветляет. Подобно Волге и Ангаре, Енисей успели испортить. Ниже по течению загородили ему дорогу чудовищной плотиной гидростанции, и теперь от самого аж Красноярска и до самого аж Абакана Енисей скорее водохранилище (водогноилище), а не могучая и свободная река. Вода подперта, вода залила тра- востойные луга, подтопила и погубила немало лесов. А выше Абакана еще одна плотина, Саяно-Шушенская, держит у себя воду. Одно из печальных явлений теперь на Енисее — это постоянный перепад его уровня, постоянная смена быстроты течения, то обнажение, то затопление берегов. А между тем из двенадцати, скажем, агрегатов работают обыкновенно один-два. Гигантомания, эйфория доступности, возможности оказалась несоразмерной здесь с реальными потребностями и возможностями. Тем не менее можно еще, говорят, иногда поймать в Енисее тайменя, а то и осетра. Стерлядь же, как наиболее благородная рыба, перевелась и исчезла. Извлечения о Енисее из очерка Виктора Астафьева «С карабином против прогресса». «...глядя на пустынные енисейские берега, на взлобки в устье звонких речек, украшенные завалившимися скелетами изб, заросших бурьяном, поражался еще раз тому, как умело, можно сказать, роскошно ставились российскими переселенцами села и станки по Сибири. Мало им большой реки, непременно еще и в устье речки, а то и двух, шевелящих бурным устьем надменные воды Енисея, отыщут, заселятся обязательно напротив островков, с буйными выпасами, набитыми по побережью ягодниками, с песчаными и галечными привер- хами и счередками для нагула рыбы, а за околицей села кедрачи и боры, набитые орехом, ягодой, грибами, диким мясом
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4