« Соленое озеро 161 ...Не менее важное воспитательное значение имели лирические песни — тахпахи. Их пели на вечеринках, праздниках. Свадебные обряды также сопровождались песнями. Много песен сочиняли о красоте своего края, о любви к лошади, которая была постоянной спутницей человека...» После всех справедливых и трудных дел Алтын-Чюс на коня белоснежного сел, Громкую песню в седле запел, Он песни петь хорошо умел: «Безвременно жестоко убитого, На синей горе зарытого Единственного сына Алып-хана Оживить собираюсь. Молока материнского не сосавшего, По земле еще не ступавшего, Единственного сына Алып-хана Воскресить собираюсь". Будет он по земле ходить, Мясо есть и араки пить. Единственного сына Алып-хана Человеком сделать я собираюсь. После этого он коня стегнул, Конь с горы в долину скакнул, Травянистым раздольем чистым Поскакал конь голопом быстрым. Месячный путь за один день покрывает, Годовой путь за семь дней проезжает. Белоснежного коня не берет усталость. Уж синяя гора вдалеке показалась. Один раз моргнуть богатырь не успел, А конь на Синюю гору уже взлетел. Налево лежат поля с белыми травами, Направо лежат поля с зелеными травами, Впереди лежат поля с душистыми травами, Позади лежат поля с разноцветными травами. А на самой горе дерево с золотыми листьями, Но листья на нем все поблекли и все повисли, Почернело дерево от низа и до верхушки, Нет на нем никакой кукушки. Не кукует она, не кукует, Не печалится, не тоскует.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4