тяжеловат. Но коль скоро проникнешь сквозь это пурпурно-бархатное, темно-золотистое покрывало, попадаешь в мир удивительных зримых, очень конкретных и земных образов. Кроме того, местами слог Державина достигает легкости и изящества Пушкина, которого нужно считать прямым наследником и преемником Гавриила Романовича. Чем, например, не пушкинская строфа: А если милой и приятной Любим Пленирой я моей И в светской жизни коловратной Имею искренних друзей, Живу с моим соседом в мире, Умею петь, играть на лире, То кто счастливее меня? Вообще странно, что огромный литературоведческий вопрос «Державин и Пушкин» или, если хотите, «Пушкин и Державин» совсем не изучен. Листая тяжелые фолианты пушкинианы, находим разделы: «Пушкин и Оссиан», «Пушкин и Парни», «Пушкин и Шенье», «Пушкин и Байрон». И только нет ни строки на тему «Пушкин и Державин», кроме описания голого факта, что Державин слушал молодого выпускника лицея, и кроме строки самого Пушкина: «Старик Державин нас заметил и, в гроб сходя, благословил». А между тем Пушкин знал своего великого предшественника досконально, если не наизусть, и высоко ценил. В письме А. А. Бестужеву, отвечая на бестужевские вопросы— «параграфы», Пушкин пишет: «Отчего у нас нет гениев и мало талантов? Во-первых, у нас есть Державин и Крылов. Во-вторых, где же бывает много талантов?» Но лучше всего о близости поэтов судить по близости их интонаций, мыслей, строя образов. Вот, например, две строфы: Гремит музыка; слышны хоры Вкруг лакомых твоих столов; Сластей и ананасов горы И множество иных плодов Прельщают чувства и питают; Младые девы угощают, Подносят вина чередой: И алиатико с шампанским, И пиво русское с британским, И мозель с зельцерской водой. Державин 9
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4