вали о каком-то обширном заговоре, во главе которого стоял Волынский, направленном против монархического порядка в России, другие приписывали Волынскому замысел государственного переворота с целию самого себя провозгласить российским государем. Чуть ли не все общественные бедствия тогдашней России объяснялись «интригой» Волынского. Так, башкирские бунты, бывшие на нашей восточной окраине в 1736 и 1739 годах, приписывались его подущениям; его деяния для возбуждения неудовольствия в народе видели в поджогах, от которых будто бы произошли страшные пожары, бывшие в 1737 году в Москве, Петербурге, Выборге и Ярославле. Припоминались в преувеличенном виде разные случаи из прежней деятельности Волынского за время его посольства в Персию и губернаторства в Астрахани и Казани, причем перепутывались местности и года. Волынский мало-помалу превращался в злодея, разбойника, изверга. На воротах его дома появилась следующая надпись из пророка Наума: «Несть цельбы сокрушению твоему, разгореся язва твоя; вси слыша- щия весть твою восплещут руками о тебе, понеже на кого не найде злоба твоя всегда». Грустно встретил и провел Волынский Пасху среди своих детей — двух дочерей и сына. Он понял, что дело принимает угрожающий оборот. «Верно, Бог хочет наказать меня за прежние грехи, — говорил он, — а это дело (то есть побои Тредиаковскому и доношение императрице) служит только претекстом». Волынский позаботился прежде всего тщательно разобрать свои бумаги и сжечь из них все, компрометирующее его. Для открытого преследования Волынского найден был, однако, новый «претекст». В Тайной канцелярии приискано и доложено императрице дело 1737 года о 500 рублях казенных денег, взятых из конюшенной канцелярии дворецким Волынского, Василием Кубанцем, на «партикулярные нужды» его господина. Кубанец был арестован и на первом же допросе выдал действительные вины Волынского, который имел неосторожность разговаривать откровенно при своем дворецком и даже с ним самим. Кубанец был татарин, крещенный Волынским еще во время пребывания его в Астрахани и с тех пор находившийся у него в доме. 12 апреля 1740 года Волынский был подвергнут домашнему аресту. Его бумаги были описаны и опечатаны начальником Тайной канцелярии генералом Ушаковым. 84
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4