шнуру, пробирается огонек таланта, личности (иногда гения, как в случае, скажем, с Пушкиным либо Львом Толстым) и вдруг ярко вспыхивает, освещая собою все вокруг, освещая в том числе и свое родословное дерево, оставляя в памяти потомков след, подобно сгоревшей звезде. Такой яркой вспышкой в роду Волынских был, несомненно, Артемий Петрович. Огонек по «бикфордову шнуру» добрался до этой личности в 1689 году. А до этого... Что же, были, наверное, и до этого... люди как люди... служили отечеству, любили, страдали, уходили со сцены. Можно даже и полистать, бегло, зацепляясь взглядом, с пятого на десятое, родословную опись. 7. Полуэкт Борисович... упоминается в Синодике 1684 года... ОТСТУПЛЕНИЕ АВТОРА В родословной книге упомянуто также, что родной внук Дмитрия Михайловича Боброка, Полуэкт Борисович, владел имением в селе Покровском близ Рузы. Мало было надежды, что это Покровское с начала пятнадцатого века уцелело и сохранилось. Тем не менее в голове у меня засела мысль: Покровское найти и там побывать, тем более что от Москвы до Рузы каких-нибудь сто километров. Не за горами, не за долами, по крайней мере, не за тридевять земель. Все время я думал, как бы и у кого бы предварительно разузнать об этом Покровском. Приходило в голову позвонить в Рузский райисполком (телефон получить можно в Московском облисполкоме) и расспросить у рузских районных властей, может быть, они что-нибудь слышали о Покровском. Но была зима, а такая поездка — делр предпочтительно летнее. Тут вдруг я оказался на две недели в Бельгии, в Брюсселе, на съезде русской эмигрантской молодежи, и там ждал меня сюрприз на грани почти что с чудом. Я жил в доме Апраксиных, графа Апраксина Владимира Петровича и его семьи: Марии Николаевны, дочерей Лизы, Вари, сына Петра... Еще один их сын Андрей работает где-то в Африке. Первым совпадением было то, что мы с Владимиром Петровичем оказались ближайшие земляки. Моя мать Степанида Ивановна взята была моим отцом из села Караваева в двадцати километрах от нашего Але31
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4