первые русские могилы... Местный муниципалитет понял, что тут таятся материальные перспективы. Отведена земля. Кладбище стилизуется: березки, белая сирень, белая церковка, построенная Бенуа. Уголок России по виду (поскольку стилизован), еще более русский, чем любое российское кладбище. Да что я?! Когда я после либо разоренных, либо полуразоренных наших кладбищ с их железными пирамидками, пупырчато покрашенными серебристой краской и увенчанными железными пятиконечными звездами, впервые оказался на русском кладбище под Парижем, я не мог отделаться от ощущения, что вот здесь-то и есть Россия. Светятся березки, осыпается на тихие дорожки золотая листва. В оформлении и содержании могил русское благолепие соединилось с западной образцовостью. В перекрестии могильных крестов и в нишах памятников теплятся негасимые лампады, мерцают эмалевые иконки... Тишина... Фамилии на надгробных плитах все больше знакомые. Оболенские, Волконские, Шуваловы, Шереметевы, Меншиковы, Воронцовы, Мещерские, Мусины, Гончаровы, Толстые, Урусовы, Потемкины, Разумовские, Сперанские, Трубецкие, Муравьевы, Щербатовы, Пестели, Одоевские, Олсуфьевы, Васильчиковы, Долгорукие, Шуйские, Оленины, Арсеньевы, Кутузовы, Салтыковы, Голицыны, Татищевы, Ермоловы, Бобринские, Борятин- ские... Сотни других фамилий, которые кажутся столь же знакомыми, как и перечисленные. Фамилии знакомы не потому, что мы лично знали людей с такими фамилиями, но потому, что каждая из них нам что-нибудь напоминает из родной истории, литературы. Там строка из ломоносовского послания: «Не правы те, Шувалов, которые стекло чтут ниже минералов», там державинский возглас: «Куда, Мещерский, ты сокрылся?», там лермонтовское стихотворение: «На светские цепи, на блеск упоительный бала...» (Щербатовой). Одоевский — друг Лермонтова, Раевский — герой Отечественной войны, Елизавета Ксаверьевна Воронцова... заветное кольцо у Пушкина от нее, и отсюда стихотворение «Талисман», Борятинский — пленитель Шамиля... вспоминаешь то о роли Шуйских во времена Смуты, то пушкинскую лирику: «Но сам признайся, то ли дело глаза Олениной моей...» То вдруг — генералы Белой гвардии, потом отдельно, как бы сохраняя воинский строй, алексеевцы, капеллевцы, корниловцы, кадеты, эмблемы, 202
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4