стом осенить себя: это ведь и есть оружие на противников, которые утром свидятся с нами». ...Когда же настал месяца сентября на восьмой день великий праздник Рождества Пресвятой Богородицы, на рассвете в пятницу, когда всходило солнце и туманное утро было, начали христианские стяги развеваться и трубы боевые во множестве звучать. И вот уже русские кони взбодрились от звука трубного, и каждый воин идет под своим знаменем. И радостно было видеть полки, выстроенные по совету твердого воеводы Дмитрия Боброка-Волынца... ...Поганые же стали одолевать, а христианские полки поредели — уже мало христиан, а все поганые. Увидев же такую погибель русских сынов, князь Владимир Андреевич не мог сдержаться и сказал Дмитрию Во- лынцу: «Так какая же польза в стоянии нашем? Какой успех у нас будет? Кому нам пособлять? Уже наши князья и бояре, все русские сыны жестоко погибают от поганых, будто трава клонится!» И ответил Дмитрий Волынец: «Беда, княже, велика, но еще не пришел наш час: начинающий раньше времени вред себе принесет... Так что немного потерпим до времени удобного и в тог час воздадим по заслугам противникам нашим...» Сыны же русские в его полку горько плакали, видя друзей своих, поражаемых погаными, непрестанно порывались в бой, словно званные на свадьбу вина испить. Но Волынец запрещал им это, говоря: «Подождите немного, буйные сыны русские, наступит ваше время, когда вы утешитесь, ибо есть вам с кем повеселиться!» И вот наступил восьмой час дня, когда ветер южный потянул из-за спины нам, и воскликнул Волынец голосом громким: «Княже Владимир, наше время настало, и час удобный пришел! — и прибавил: — Братия моя, друзья, смелее: сила Святого Духа помогает нам!» Соратники же друзья выскочили из дубравы зеленой, словно соколы испытанные сорвались с золотых колодок, бросились на бескрайние стада откормленные, на ту великую силу татарскую; а стяги их направлены твердым воеводою Дмитрием Волынцем... Поганые же половцы увидели свою погибель, закричали на своем языке, говоря: «Увы нам, Русь снова перехитрила: младшие снами бились, а лучшие все сохранились!» И повернули поганые, и показали спины, и побежали... Из многочисленных романов о Куликовской битве возьмем для примера два. Один, «Дмитрий Донской», 16
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4