вают остатки краснокирпичного покрытия, и это красноречиво говорит о том, что парк знавал лучшие времена. Главный старинный дворец, несомненно, «новодел». Внутри никаким дворцом и не пахнет. Длинные коридоры и двери, двери справа и слева: комнаты (а судя по частоте дверей — комнатки) для отдыхающих. По всей вероятности, без удобств. Общий туалет в коридоре. Но дворец, пусть и «новодел», хоть внешне вписывается в ландшафт старинного парка, точно так же, как вписывается в него стоящий на зеленом возвы- шеньице над зеркалом пруда «голландский домик». Этот домик, кстати сказать, единственное наиболее связующее звено Воронова с Артемием Петровичем Волынским. Хотя он построен уже после смерти Артемия Петровича, но все же он домик, почти современник казненного кабинет-министра. «Голландский домик» — единственный «предмет» в парке, кроме прудов, которым можно по-настоящему любоваться. ...Поставим на сверкающий белизной рояль пылесос или проволочную корзину для мусора. На письменный стол с зеленым сукном и лампой с зеленым же абажуром, на письменный стол с белыми листами бумаги на нем, ручкой на белых листах бумаги, стопой книг и, может быть, телефоном — поставим ночной горшок. Вокруг летнего сада соорудим забор из штакетника. Посреди чистого футбольного поля воздвигнем фанерный ларек, где торгуют квасом, либо цистерну с квасом... Моя фантазия иссякает. Пусть читатель сам подберет на свой вкус какое-нибудь несоответствие общей обстановки и предмета, нарушающего гармонию. Самая воспаленная фантазия не придумает большего несоответствия, нежели между старинным помещичьим парком с прудами и чудовищной серобетонной чушкой, болванкой, уродливым нагромождением серого камня, называемого ныне пансионатом. Архитекторы получили за это здание государственную премию. В бывалошние времена за такое «зодчество» их сослали бы в Сибирь или в прикаспийские степи «без права писать и рисовать». Это похоже на огромный бункер в целях защиты от бомбежки, ко одновременно это похоже на крематорий. Просторные серые плоскости наружных стен местами без единого окна, местами с узкими щелеобразными окнами, но главное — полная бесформенность громады — вызывают подавляющее и угнетающее состояние. И где? На берегу прекрасного пруда, требующего 100
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4