ходоки возвратились в село каких-нибудь четверть часа назад. В райцентре им сказали, что приедут и еще раз посмотрят на церковь. И вот я был принят за представителя из района. Тотчас сбежалось десять — пятнадцать женщин: и те, что ходили в район, и те, что сидели дома, ожидая результатов посольства. — Ишь как он скоро! — Где это он нас опередил, ровно мы нигде не задерживались. — Наверно, пока мы с тем очкастым разговаривали, этот через другую дверь в машину — и сюда. — Хотел раньше нас успеть. Нет, браток, без нас ничего не выйдет. Показалось забавным побыть немного в роли уполномоченного из района, без самозванства, впрочем, но лишь не разубеждая несчастных бабок. — Ну, значит, где же ваш ключ? — У верующих. — Я понимаю, но у кого именно? — У всех. — Сколько вас всех? — Одиннадцать деревень, а уж сколько народу—■ не считали. — Значит, ключ сразу в одиннадцати деревнях? Так не бывает, он у кого-нибудь одного. — Нет ключа. Да на что он тебе? — Я хотел бы войти в церковь, поглядеть. — Нечего на нее глядеть. Снаружи гляди, а внутри нечего. — Ну вот, я хотел сделать вам лучше. Сами же хлопочете, чтобы открыли церковь, а как только человек захотел поглядеть, прячете ключ. Женщины шептались между собой. — Может, дать ему ключ для нашей же пользы? — Как же дать! Он его схватит, в машину и был таков. А завтра приедут на грузовиках и взорвут. Мало вокруг-то взорвали. — Я думаю, дать. Человек он на вид неплохой. На злодея не похож. — Все они на вид не злодеи. Я решил углубить раскол. 208
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4