сто любовались, ибо они действительно были украшением наших русских холмистых равнин. С колоколен любовались просторной русской землей. Постояв перед руинами Ельтесуновской церкви, я побрел вдоль села и сел наугад на лавочку около крестьянского дома. Вскоре подошел мужчина и сел рядом со мной. Еще через некоторое время остановились око- ло нас две женщины, откуда ни возьмись подбежали ребятишки. Можно было начинать разговор. Ну конечно, сначала посокрушались насчет разрушения церкви, а потом я спросил: — А не было ли у вас в церкви какой-нибудь особенной иконы, такой, чтобы все знали, очень древней или очень красивой? — Как это не было, — возмутились женщины-собеседницы.— Галицкая Божья матерь. Чудотворная. — Откуда она взялась? — Никто не знает. Явилась. Когда была холера, людей косило косой. Мы, конечно, не помним, старики рассказывали. И вот на церковном чердаке явилась эта икона. Церковный чердак у нас темницей зовется. Как она попала в темницу и сколько времени там стояла, неведомо, но явилась как раз в холеру. — И что же? — Как что? Отслужили молебен, обнесли с крестным ходом вокруг церкви и по деревням, а потом поставили в церковь. И все знали: Галицкая Божья матерь — богоявленная икона. А тут и холера остановилась. Объявили икону чудотворной. — А потом? — Больше ничего. Когда церковь закрыли, много икон от нас увезли в Олепино, там из них делали столы. Писаное сострогают, на четыре ножки — и готов стол. А те, что остались, школьный учитель на дрова забрал. И вот собрал он жителей села к своему двору. Кто не захотел идти — не пошел, а кто ходил. Собрались, глядим. Учитель иконы расставил в ряд, взял колун, на руки поплевал. Ну, думаем, неужели сейчас замахнется и ударит. .. Чудотворная матушка в стороне стояла. Нарочно ли он ее поставил особняком, так ли вышло... Да. ,. Ну, это было давно. 190
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4