нестабильным, не объединенным никакими внутренними связями населением. Внутренние связи между жителями села ослаблены настолько, что их как бы даже и нет. Как в городском многоэтажном доме очень часто не знают люди, кто, как и чем живет в их же подъезде, не говоря уж про соседние подъезды, а тем более про соседний дом, так и в современном селе люди живут каждая семья сама по себе. Изменилось отношение не только к труду («В восемь часов встану, чайку попью...»), но и к главному продукту земледельческого труда,— к хлебу. В сказку ушли те времена, когда крестьянин не мог себе позволить уронить или бросить на землю кусок хлеба, он был священен. Теперь хлебом как таковым колхозники (совхозники) не занимаются. Нет у них ни зерна, ни муки, ни решет, хлеб покупают в магазине, в сельпо. И вот картина: когда привезут хлеб, тянутся от магазина люди, волокущие по 10—15 буханок хлеба. Зачем? На корм скоту: корове, курам и поросенку. Не сгущаю ли я краски? Нет, не сгущаю. Вот передо мной открытое письмо землякам «Чем жи- вем-кормимся?» замечательнейшего современного русского писателя, лауреата Государственной премии СССР Федора Абрамова, ныне, к прискорбию, уже покойного, опубликованное в газете «Пинежская правда» 18 августа 1979 года. Напомним, что Пинега находится в Архангельской области. Далеко она от наших владимирских мест, а проблемы, оказывается, одни и те же. Да, и там, в Архангельской области, колхозники сейчас материально не бедствуют, но и там, как у нас, оказывается верной наша формула, что в определенном смысле колхозники (совхозники) 89
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4