ни запчастей — все это разверстывается областью. Жди, когда тебе выделят машину или комбикорма, то есть «дадут», и бери сколько дадут, а деньги здесь уже не имеют решающего значения, денег у колхоза может быть на пять грузовых автомобилей и на двести тонн комбикормов, а «дадут» ему все равно один автомобиль и две тонны, во всяком случае не столько, сколько он просит. Он ограничен в своих возможностях. Кое-какая инициатива доступна, конечно, и председателю колхоза. Например, наш председатель в зиму 1979/80 года по личной инициативе и на колхозные деньги послал людей в Омскую область, и они купили там и отгрузили несколько вагонов соломы, которой и кормили коров, и таким образом коровы были спасены. (Мы сейчас не будем делать упора на самый факт: ездить за соломой из Владимирской области за Урал, в Сибирь!) Эта-то некоторая инициатива, которой обладает председатель, если он действительно бывал инициативен, а не задавлен, не затюркан только выполнением планов и требований, иногда приводила к исключительным явлениям. Исключения могут быть в каждом деле. Как крайние случаи можно взять два примера, два хозяйства в нашей Владимирской области. Михаил Григорьевич Графский, человек действительно талантливый и к тому же с характером, волевой и энергичный, был сначала заместителем председателя облисполкома — должность крупная и ответственная. Потом он ушел на пенсию, но энергия вся оставалась при нем. Некоторое время он томился от безделья, но в конце концов не выдержал и попросил, чтобы ему дали какой-нибудь совхоз. Ему дали обыкновенный, то есть 73
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4