ном. Здесь первенецким водителям осталось нажать только стартеры, и грузовики своим ходом пошли в село. — А больше никому вы не посылали подарков?— поинтересовались мы. — Как же! После этого мы послали вагон помидоров в Чехословакию. Тоже на автомобильный завод. Письмо пришло еще быстрее, чем из Горького. «Дорогие товарищи, друзья! Горячо благодарим вас за щедрый подарок — вагон помидоров. Надеемся, что этот подарок послужит дальнейшему укреплению дружбы между нашими братскими народами. С коммунистическим приветом... (подписи)». — И все? — И все,— засмеялся председатель. Когда мы собрались уходить и прощались в дверях, председатель вдруг спросил у нас как бы невзначай: — Вы не знаете, где делают МАЗы?! — В Минске, конечно, потому они и называются МАЗы. — Бухгалтер, запиши! В Минске! — И, обращаясь к нам, доверительно добавил: — Только боюсь вот, очень уж тяжелые эти МАЗы, пожалуй, не выдержат их наши мосты!.. Шесть лет спустя, в конце, значит, 1962 года мне посчастливилось снова съездить в Болгарию. При этом могло быть два решения — либо ехать по старому следу, по старому ламаровскому хмаршруту, все вспоминая, оживляя, сравнивая, узнавая, либо стремиться в новые, незнакомые для меня места. И с точки зрения взгляда на вещи. Тогда, в первый раз, я, помнится, все больше лазал по лесам строек, по кирпичам и бетону, меня водили по цехам металлур25
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4