бору, в этом его районе (про другие районы огромного ленточного бора не могу определенно сказать это же самое). Один из шоферов нашего института уверял меня, что в этот бор он ездит регулярно, начиная с 1959 года, и каждый год видит там великое обилье всякого гриба, в том числе белого и груздей. Он заверял меня, что так бывает каждый год до октября месяца». Мне остается добавить только от себя, что в этом, 1967 году у нас во Владимирских местах уродилось очень много белых грибов. Сначала я ходил по перелескам вокруг Алепина и приносил по 150—125 отличных белых. Потом я решил съездить в легендарную Дуброву — в лес, который начинается в 8 км от нас и тянется на 10 верст до Петушков и дальше к Москве. Не нужно, оказывается, ни Братского моря, ни ленточного бора между Иртышом и Обью. Грибов было столько, что мы в конце концов убежали из леса, зажмурившись, иначе уйти было невозможно. На каждом шагу попадались россыпи белых, притом молоденьких, только еще пробивающихся из земли. Но здесь уж охота превращалась в промысел, и я больше не поехал в Дуброву, а предался неторопливой охоте за самым благородным грибом — за боровым рыжиком. Темно-оранжевые чайные блюдца проглядывали в этот год на сухих сосновых опушках сквозь все еще зеленую, но все же осеннюю траву. ^ Я начал говорить о белом грибе в связи с еловым лесом, хотя известно, что белый гриб водится в лесах почти всех основных типов, то есть сосновом, еловом, дубово-широколиственном и березовом, избегая лишь осиновых и ольховых лесов. Получается, таким образом, разновидность одного и того же гриба, отличающаяся и окраской шляпки и, что важнее, плотностью грибной мякоти. В березовых лесах водится белый гриб с более светлыми шляпками, в сосновых и еловых — они более темные, до темно-коричневых, почти черных, а подчас и темно-вишневых. Во всем остальном разница невелика. А может, и вообще нет никакой разницы Тем не менее как ученые люди, так и заготовители склонны отдавать предпочтение еловому 95
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4