жая, увидел впереди себя человека с колом, бросился на него, вцепившись в кол обеими руками. Таким образом, я оказался близко, лицом к лицу, со счастливым обладателем кола, и был это Колька Ланцев. Пока он пытался освободиться от моей цепкой, отчаянной хватки, его ударили в два кола. Он покачнулся, выправился и бросился бежать. Тут побежали и все остальные. Мы возвращались в село победителями, громко и возбужденно, ликующе обсуждали каждую деталь драки. Каждый, захлебываясь, торопился рассказать, как именно дрался он. Таким образом драка обрисовывалась теперь с самых разных сторон. — А я его — плесь! А он меня — плесь! А Борька его — плесь! А Сашка Матвеев подбежал — плесь! А он упал, а мы его — плесь!.. Я тоже был возбужден до крайней степени, тоже, стараясь перекричать других, рассказывал, как я его «плесь!», и как меня «плесь!», но все же в глубине души было нехорошо и тошно. Впрочем, это, может быть, оттого, что меня ударили как-никак колом и как-никак по голове. Но в общем-то это была одна из рядовых деревенских драк, она и так вскоре забылась бы, а тут к тому же началась война. Всех парней забрали в армию. Большинство из них не вернулось к родным берегам нашей маленькой светленькой речки Ворши. Четыре военных года... Если не побывать в родной деревне в течение четырех обыкновенных лет, и то они покажутся вечностью, а тут четыре военных года... Нужно и то иметь в виду, что меня, например, и моих сверстников разлучили с родной стороной восемнадцати неполных лет. Может быть, кто-нибудь не поверит, но настолько другим был мир, в котором мы оказались, настолько другой предстала перед нами жизнь, настолько каждый день и даже час стоил нескольких лет обыкновенной жизни, что к концу четвертого года службы я стал забывать названия наших окрестных деревень. Это невероятно, конечно! Теперь, когда я вспоминаю об этом, мне и самому не верится, но было, я помню, что было... Однажды стал про себя перебирать все деревни по Ворше и не мог вспомнить Курьянихи с Демиховом. События же детства и юности, все, что случилось с нами до войны, казалось, все это произошло не с нами, не на этой 47
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4